№11 2016

№11 2016

МУРАШЕВ Сергей Анатольевич

Родился 3 февраля 1979 года в городе Архангельске. С младенчества жил в деревне Малая Липовка Архангельской области. Увлекался охотой и рыбалкой. Дед и отец были штатными охотниками. В Архангельской области выпустил сборник рассказов «Маленькая книжка». Победитель конкурса «Долгие вёрсты войны, светлые отроки победы», посвящённого 65-летию Победы в Великой Отечественной войне. Награждён дипломом V Международного славянского литературного форума «Золотой витязь» в 2014 году. Член Союза писателей России.
Печатался в журналах «Наш современник», «Роман-журнал XXI век», «Двина» (Архангельск), «Вертикаль XXI век» (Нижний Новгород), «Приокские зори» (Тула).
В 2013 году окончил Литературный институт имени А.М.Горького (дневное отделение, семинар прозы А.С.Рекемчука). Сейчас работает корреспондентом районной газеты в г.Каргополе Архангельской области.

«Продолжаюсь войной, продолжаюсь страной…»

С начала Великой Отечественной войны минуло 75 лет. Более семидесяти живем в мире. Пусть хрупком, на грани срыва, с санкциями и провокациями на суше, в небе и на море — но живем. Мирно живет уже пятое поколение советских людей, россиян по-нынешнему.
Отмечать принято в нашем народе не только праздники, но и скорбные даты, память о которых, через боль и страдания, способна очищать душу, взрослить ее.
Два общественно значимых события сошлись сегодняшним днем в культурном пространстве России: первая персональная выставка Гелия КОРЖЕВА (1925–2012) в Третьяковской галерее и выпуск сборника стихов Юрия КУЗНЕЦОВА
(1941–2003) «С вой ны начинаюсь…» (М., «Литературная Россия»).
О Гелии Михайловиче Коржеве еще при жизни величайшего русского художника-реалиста послевоенной эпохи писала в «Роман-газете» под рубрикой «Лики России» искусствовед Ольга Орлова.
Спецвыпуск с воспоминаниями о Юрии Поликарповиче Кузнецове и подборкой его стихов (№ 22 за 2007 год) без преувеличения был вос торженно встречен читателями «Роман-газеты».
Удивительно, но, по непостижимому выбору составителей популярной серии «Великие поэты» («Комсомольская правда» — «Амфора»), между Рембо, Барто и Ваншенкиным не нашлось места для Юрия Кузнецова (впрочем, то же «забвение» постигло и Владимира Солоухина, Николая Тряпкина, Анатолия Передреева, Юрия Панкратова…). Тем значительней выглядит акция наших коллег из «Литературной России», переживающих тяжелейший издательский кризис под натиском разномастных чиновных недругов, а именно: выпуск замечательной по составу, с отличным предисловием Евгения Богачкова «Русский миф о войне» книги Кузнецова. И хорошо,что нашлись добросовестные спонсоры — в лице «Справедливой России», партии, которая неоднократно поддерживала государственно-значимые издательские проекты.
Два великих наших соотечественника, чьи творческие судьбы ведут отсчет с Великой Отечественной и вершатся грандиозными размышлениями о судьбах человечества на стыке тысячелетий, обращаются к потомкам — стихами и полотнами.
Е. ВАСИЛЬЕВА

Юрий КУЗНЕЦОВ

22 ИЮНЯ 1941-ГО
Последнего самодержца
Закланная голова
За морем перевернулась
В ту сторону, где Москва.
Молился живой Деникин,
Бил мёртвый Колчак челом:
«Георгий Победоносец,
Россию запри копьём!»

СЛЕЗЫ РОССИИ
Со страны начинаюсь,
С войны начинаюсь…
Отец мой окончен войною,
В чистом поле его,
Прорастая, распяло жнивьё,
Я завёрнут в портянки.
Россия стоит надо мною.
Как круги под глазами,
Траншеи на бледном лице у неё.
Мир, разорванный свастикой,
В улицы входит пустые.
Чистит немец ботинки
Родимою щёткой овсов.
Мама, мама, не плачь!
Ты утри свои слёзы, Россия!
Слёзы,
длинные,
Как отступления наших отцов.
Продолжаюсь войной,
Продолжаюсь страной,
Подымаюсь из белой берёзы,
Из руды, из мартена,
Из розы с шипами ракет.
Но кричат до сих пор,
Высыхая, те скорбные слёзы.
И от них ни забвенья, ни сна
Моему поколению нет.

ИЗ ПОЭМЫ «ДОМ»
…Европа! Старое окно
Отворено на запад.
Я пил, как Пётр, твоё вино —
Почти античный запах.
Твоё парение и вес,
Порывы и притворства,
Английский счёт, французский блеск,
Немецкое упорство.
И что же век тебе принёс?
Безумие и опыт.
Быть иль не быть — таков вопрос,
Он твой всегда, Европа.
Я слышу шум твоих шагов.
Вдали, вдали, вдали
Мерцают язычки штыков.
В пыли, в пыли, в пыли
Ряды шагающих солдат,
Шагающих в упор,
Которым не прийти назад,
И кончен разговор.

ДЯДЯ ВАНЯ
— Вон дядя Ваня! Это личность тёмная.
Он воевал. Он до сих пор — война.
Не он ли пел: «Вставай, страна огромная!»? —
Так говорят… Но где теперь страна?
Одни клочки, хоть создавай комбеды.
А он как бомж с протянутой рукой
Стоит с утра на площади Победы.
Но мир его обходит стороной.

ТЕГЕРАНСКИЕ СНЫ
Вдали от северных развалин
Синь тегеранская горит.
— Какая встреча, маршал Сталин! —
— Лукавый Черчилль говорит. —
Я верю в добрые приметы.
Сегодня сон приснился мне.
Руководителем планеты
Меня назначили во сне!
Конечно, это возвышенье
Прошу не принимать всерьёз…
— Какое, право, совпаденье, —
С улыбкой Рузвельт произнёс. —
В знак нашей встречи незабвенной
Сегодня сон приснился мне.
Руководителем Вселенной
Меня назначили во сне!
Раздумьем Сталин не смутился,
Неспешно трубку раскурил:
— Мне тоже сон сегодня снился
Я никого не утвердил!